russia

They, people, want to be played!

... shame.

Тенденции

Они в достаточной мере сформулированы и описаны, и вполне возможно, что именно эти обстоятельства служат фактором торможения системы.

Во-первых, и это очень видно по состоянию московского театра, реальность, zeitgeist не служат прямой мотивацией для театральных художников к созданию художественных произведений.

С большинства спектаклей совершенно невозможно считать дух, ритм, энергию современности. Прямое высказывание о насущном подменяется ностальгическими интонациями, уходом в виртуальную реальность, уходом в мир «искусства для искусства» или же вторичным возвращением в театр дурной иносказательности, характерной для эпохи запретов.

Между театром и сегодняшним днем — пропасть, которая отзывается тем, что театр как вид искусства перестал выполнять любую общественно нагруженную функцию.

Во-вторых, как причина первой проблемы, в театр не пришло новое режиссерское поколение. Ему не дали развиться, заматереть. Те центры современной пьесы и молодой режиссуры, открытые площадки, в которых возможны сколь угодно успешные дебюты, оказываются резервациями для новых тенденций и идей.

Большие театры, театры с традициями и колоннами, театры со стабильным финансированием инертны в поиске новых имен, тем, сюжетов, идей. Между теми, кто обладает властью и возможностями, и теми, кто готов делиться идеями, — пропасть величиной в стагнацию.